Яндекс.Метрика
Arial Times New Roman
1x 1.5x 2x
A A A A
вкл. выкл.
А А А А

Министерство спорта Сахалинской области

Новости

11.09.2019

Алексей Романов: «Шахматы приносят людям радость»

Одним из сильнейших шахматистов XXI века является международный мастер Алексей Романов, завоевавший в 2010 году, отмечающий сегодня День рождения. Поздравляем! Отвечая на наши вопросы, он рассказал о своих первых шагах в шахматах, кумирах детства; дал советы начинающим спортсменам.

- Давайте начнем с детства. Когда вы узнали о существовании шахмат?

— Примерно в 6 лет. Меня с шахматами познакомил отец, который для любителя играл достаточно неплохо, где-то примерно на уровне второго разряда. Да и мама со старшей сестрой Ольгой тоже немного интересовались шахматами. Правда, через несколько лет отцу соперничать со мной стало уже как-то неинтересно (улыбается). Ну а сам момент знакомства с ходами не носил в себе ничего необычайного и поэтому не запомнился.

- Чем они вас привлекли?

— Прежде всего, как и всякому ребенку, нравилось просто во что-то играть и выигрывать. Но в целом, видимо, меня заинтересовала какая-то стратегическая компонента. Много лет спустя мне довелось тратить немало времени на компьютерные стратегии, типа «Цивилизации». В детстве компьютеров еще не было, но примерно в этом же возрасте, 6-7 лет, играя в солдатики, я пытался их расставлять по схемам из книг – переигрывал маневры из Куликовской битвы, Ледового побоища и т.д. Так что шахматы наложились на какой-то внутренний интерес к логическим играм.

- Кто был вашим первым тренером?

— Первым и единственным, кого я могу назвать тренером – это Сергей Григорьевич Даллакян. Если можно так сказать, это «сэнсей» для нескольких поколений охинских шахматистов. Но вспоминая о тех, без кого мой путь в шахматах не был бы таким простым, еще надо упомянуть покойного Евгения Анатольевича Киняшова, который в сложные 1990-е годы прилагал большие организационные усилия к обеспечению поездок охинских школьников на соревнования.

- Помните ли свои первые соревнования?

— То, что можно назвать соревнованиями, это командный чемпионат Сахалина среди школьников в марте 1990 года в Южно-Сахалинске. В те годы этот турнир назывался Кубком «Комсомольской правды». В команду входили шесть мальчиков и одна девочка, что затрудняло комплектацию составов для маленьких райцентров. Так что, появление на высокой третьей доске охинской команды никому неизвестного безразрядника, показалось со стороны «свидетельством о бедности». Наверное, никогда больше я так не волновался, садясь за доску. Чуть успокоился, победив пару второразрядников на старте. Потом следующий стресс – первая партия с перворазрядником. Однако турнир закончился полной победой Охи и лучшим результатом ее «джокера» - 6,5 очков из 7. После этого мне присвоили сразу второй разряд, закрыв глаза на то, что у меня никогда не было ни четвертого, ни третьего.

- Кто был вашим кумиром?

— С детства - Капабланка и Карпов. Впоследствии восприятие любимых шахматистов расширилось, но все равно осталось за шахматистами классического позиционного стиля – добавились Рубинштейн, Петросян, Крамник.

- По каким книгам занимались?

— Сложный вопрос. В то время это была главная проблема. До Интернета и баз данных оставалось еще много лет, а литературу на севере достать было практически негде. Еще хорошо, что родители, увидев мой интерес, выписали журнал «Шахматы» (в те годы он редактировался в Риге под надзором самого Таля!). Некоторое время единственным дебютным справочником у меня была «Защита Каро-Канн» Константинопольского – в общем, до сих пор иногда ее применяю. Как говорится, детские привязанности - самые сильные. Учебники у меня появились уже тогда, когда были нужны только для коллекции. А вышеуказанный скачок в силе, скорее всего, был связан с аналитической работой. Пытаясь подготовиться к первому турниру, искал какие-нибудь книги, и случайно удалось достать «100 партий Пауля Кереса», которая была тщательнейшим образом проработана. Остальные дебютные знания (кроме Каро-Канн) возникли тоже из просмотра партий. Затем, уже при выходе на уровень кандидата в мастера, удалось собрать приличную библиотеку. Да этот процесс продолжается и по сей день. Если же выделить самую полезную и необходимую книгу, то это, бесспорно, «Моя система» Нимцовича.

- Часто ли удавалось выезжать на соревнования?

— У меня были очень интенсивные выступления в старших классах школы и в институтские годы. Потом года три я практически не играл, так как необходимо было достойно начать трудовую деятельность. Потом понемногу стал опять играть по 1-2 турнира в год.

- Удавалось ли совмещать занятия шахматами с учебой в институте?

— Да, и очень эффективно! Причем, учиться это совсем не мешало, скорее, наоборот – у меня и в школе успеваемость повысилась одновременно с тем, как стал ездить на турниры.

- Назовите свои самые памятные турниры?

— Это не всегда связано с результатом, скорее с эмоциями. Практически все турниры 1990-1992 годов, когда пролетел этап от любителя-безразрядника до одного из самых перспективных в регионе кандидатов в мастера, участника юношеского чемпионата России – помнятся как вчера

- Часто ли удавалось получать призы «За красоту»?

— Раза три, но дело в том, что почему-то сейчас они в турнирах очень редко устанавливаются. Если подсчитать, то, наверное, в тех турнирах, где я участвовал, призы за красоту вручали раз пять, не больше. Самый запоминающийся – как всегда детский. Это приз за лучшую партию турнира на юношеском шахматном фестивале на Камчатке осенью 1991 года.

- Какой ход в своих партиях вы считаете самым красивым?

— Никогда об этом не задумывался. Видимо, для меня красота шахмат больше кроется в столкновениях стратегических планов и логически вытекающих из них комбинаций, а не в эстетике отдельно взятого хода.

- Самое обидное поражение?

— Трудно сказать, ведь иногда ничьи бывают обиднее поражений. Я в целом достаточно много играл с шахматистами сильнее себя и сам факт поражения как такового от достойного соперника никогда не оставался для меня шрамом на психике. Сильнее запоминаются какие-то ситуации, вызванные не совсем шахматными факторами, либо творческие неудачи, когда не удавалось довести до конца какой-нибудь интересный замысел. В качестве анекдота вспомню Лично-командное первенство области 2005 года. Играя за команду Южно-Сахалинска, я не смог выбыть из турнира, получив по ходу дела травму спины, и часть партий играл после уколов с обезболивающим, слегка тормозящим реакцию. Тем не менее, дела шли не так уж и плохо, и до последнего тура я претендовал на призы. Однако, как раз в нем меня и подстерег конфуз – имея лишнего коня в эндшпиле, я слегка отключился и просрочил время. Более того, из-за победы моего соперника, в борьбе за второе место команда Холмска опередила Корсаков. И мне еще пришлось ловить на себе подозрительные взгляды пострадавшей команды.

- С кем из известных шахматистов приходилось соперничать за доской?

— Ряд лидеров современных российских шахмат уверенно обыгрывали меня в юношеских турнирах начала 1990-х годов. Жалко, что со Свидлером и Морозевичем встретиться за доской не удалось. Хотя и играл с ними в одних швейцарках, но быстро отставал, что автоматически исключало вероятность очной встречи. Из современных известных гроссмейстеров как-то чаще удавалось играть с представителями Азии: Ван Ю и Чжан Чжоном из Китая, Антонио и Со из Филиппин, Барсовым из Узбекистана. В 2006 году в Сингапуре в турнире по швейцарской системе волею жребия довелось сыграть практически со всей женской сборной Китая, тоже забавный опыт.

- Много ли времени вы уделяете шахматам сейчас?

— К сожалению, не очень. Но стараюсь изыскивать малейшие возможности. Беру в командировки в самолет новые шахматные книги, изредка смотрю по Интернету прямые трансляции партий с крупнейших соревнований. Стараюсь хотя бы два раза в год играть в классические шахматы. Ну и при случае не избегаю и всяких других возможностей подержать фигуры в руках – блиц, сеансы одновременной игры.

- Ваш стиль игры тактический или позиционный?

— Какой бы стиль не был, без тактики все равно партий не бывает. Или она на доске, или скрыта в вариантах за кадром. Но в целом мне нравятся стратегически цельные партии. Естественно, и самому хочется играть в таком стиле. Увы, не всегда получается.

- Как организована работа по дебютной подготовке? А по эндшпилю?

— И в том, и в другом случае для меня нет ничего лучшего, чем анализ цельных партий больших шахматистов. Иногда, конечно, приходится проверять отдельные варианты по компьютерным базам или эндшпильные позиции по многотомнику Авербаха, но в целом запоминание наизусть колонок из справочников мне с детства не казалось приоритетной задачей.

- Как готовитесь к турнирам?

— Сейчас - иногда никак. Если есть хоть немного времени, стараюсь посмотреть новые партии больших шахматистов в интересующих меня дебютах. А если давно не играл, то пытаюсь хоть немного подвигать фигуры. Например, сыграв в что-нибудь не особо серьезное: быстрые шахматы или блиц.

- Что принесет больше пользы: решение этюдов или комбинаций?

— В принципе любая работа над шахматами приносит пользу, однако для меня предпочтительней анализ партий больших шахматистов.

- Можно ли вообще тренировать комбинационное зрение?

— Конечно! Например, просто решая фрагменты из реальных партий или этюды с естественными начальными позициями. Но для более-менее сильных шахматистов тактика – это больше вопрос концентрации, выносливости и нервов.

- Сейчас турниры проводятся с различными контролями времени. Какой контроль вы считаете оптимальным?

— Мне очень нравится обычно применяемый сейчас в международных турнирах контроль 90 мин +30 сек за сделанный ход (на электронных часах). Он не такой уж и длинный, чтобы не хватало сил на всю партию, но добавка за сделанный ход гарантирует от совсем уж бредовых результатов, типа «не успел выиграть с лишней ладьей из-за цейтнота».

- Ваше отношение к блицу?

— Играю (улыбается). В студенческие годы вообще играл хорошо, когда деньги нужны были! Но в целом, отношусь не очень серьезно. Для меня это скорее не спортивное мероприятие, а полигон для проверки каких-то идей; развлечение, в котором можно попробовать ходы и планы, на которые никогда не решишься в турнирной партии.

- И, в заключение, что ценного и полезного в обыденной жизни могут дать шахматы обычному человеку?

— На этот вопрос еще век назад ответил Зигберт Тарраш. «Они как музыка и литература могут приносить людям радость». Можно, конечно, добавить многое про пользу для развития интеллекта, воспитание характера и все это будет правда. Однако, большинство шахматистов играют в шахматы как раз по заветам Тарраша.